Война с Ираном истощила запасы ракет США и выявила ограничения в оборонном производстве, вынуждая Вашингтон выбирать между восстановлением запасов и готовностью к другим конфликтам.
Войны измеряются не только количеством атак, выпущенных ракет или территорий, захваченных на поле боя. Один из важнейших критериев — это цена, которую война накладывает на военную мощь, экономику и потенциал сдерживания сторон; цена, последствия которой иногда проявляются спустя месяцы и даже годы после окончания конфликта.
Именно в этом контексте приобретает особое значение недавний материал Los Angeles Times о состоянии ракетных запасов США после войны с Ираном. Со ссылкой на опубликованные оценки запасов оборонительных ракет США в материале говорится, что Вашингтон израсходовал значительную часть своих современных ракет «Пэтриот» и «ТХААД» во время войны, а восстановление этих запасов при нынешних возможностях оборонной промышленности США может занять несколько лет.
Согласно докладу, за первые пять месяцев войны Соединенные Штаты израсходовали около 60% своих передовых запасов оборонительных ракет. По оценкам Центра стратегических и международных исследований, глобальные запасы «Пэтриотов» и противоракетной обороны THAAD сократились с 2800 ракет в начале войны до примерно 1100 к концу июля.
Эти цифры становятся еще более значимыми, если учесть, что темпы производства в оборонной промышленности США значительно отстают от темпов расходования этих ракет в условиях крупномасштабной войны. По тем же оценкам, до войны американские заводы производили около 620 ракет для «Пэтриот» и 96 ракет для THAAD — этого недостаточно, чтобы быстро восполнить потери в ходе боевых действий. В результате восстановление запасов «Пэтриот» до довоенного уровня займет как минимум несколько лет, а восстановление запасов THAAD — еще больше времени.
Этот вопрос — не просто логистическая проблема для вооруженных сил США, он напрямую связан с вопросом сдерживания.
В отличие от многих других стран, Соединенные Штаты должны одновременно готовиться к нескольким сценариям развития событий в сфере безопасности в разных регионах мира. В своих оборонных расчетах Вашингтон считает Китай своим самым важным долгосрочным соперником в Индо-Тихоокеанском регионе, а в Европе одним из ключевых сценариев военного планирования является возможность крупномасштабного конфликта с Россией. При таких обстоятельствах каждая ракета, израсходованная в ходе одной войны, становится частью арсенала, который уже не будет доступен в случае потенциального кризиса в Восточной Азии или Европе.
По этой причине вопрос не в том, смогут ли Соединенные Штаты произвести несколько тысяч новых ракет. Вопрос в том, что война с Ираном показала, что производственные мощности и запасы Америки не так гибки, как предполагалось, для ведения высокоинтенсивной и продолжительной войны.
Именно в этот момент цена войны для Америки выходит за рамки тактического уровня и становится стратегическим вопросом.
За последние десятилетия Вашингтон во многом опирался на технологическое превосходство, точность оружия и системы противоракетной обороны. Однако новые войны показали, что это превосходство может оказаться под угрозой, если одна сторона сможет оказывать постоянное давление на дорогостоящие оборонительные системы другой стороны, активно используя ракеты и беспилотники.
В таких условиях возникает и экономическое уравнение: если очень дорогая ракета-перехватчик расходуется для противодействия относительно дешевой угрозе, продолжение войны может быстро истощить запасы обороняющейся стороны. Таким образом, вопрос не только в количестве имеющихся ракет, но и в соотношении стоимости атаки и стоимости защиты.
С этой точки зрения война с Ираном дорого обошлась Америке: часть военного потенциала, который Вашингтон накапливал для более масштабных и долгосрочных противостояний, была утрачена.
Это произошло в то время, когда Соединенные Штаты сталкиваются и с другими проблемами: от финансовых затрат на войну до давления на цепочку поставок оборонной промышленности, необходимости наращивать производство оружия и поддерживать боеготовность американских войск в других частях света.
Другими словами, окончание войны не обязательно означает прекращение расходов на нее. Конфликт может прекратиться, но восстановление запасов, ремонт техники, замена оружия и возвращение военного потенциала в строй могут занять годы.
С этой точки зрения можно сказать, что одним из самых важных последствий войны с Ираном для Соединенных Штатов являются расходы, которые ложатся бременем на военную мощь страны. Теперь Вашингтону предстоит найти баланс между восстановлением израсходованных запасов, увеличением производственных мощностей и поддержанием готовности к другим потенциальным кризисам.
Эта ситуация приобретает особую значимость в контексте политических и военных последствий войны. Если Соединенные Штаты, несмотря на наличие одной из самых крупных и передовых армий в мире, не смогли достичь ожидаемых целей в дорогостоящей войне, то масштабное расходование запасов и многолетняя необходимость их восстановления — это не просто финансовые или логистические издержки. Это может означать ограничение стратегической свободы действий Вашингтона.
На самом деле военные расходы Америки — это не только потраченные деньги или выпущенные ракеты. Часть этого законопроекта направлена на истощение запасов, ослабление обороноспособности, давление на военную промышленность и, что самое важное, на снижение способности Америки одновременно противостоять еще одному серьезному кризису.
И, пожалуй, самое важное последствие заключается в следующем: война, которая должна была продемонстрировать военную мощь Америки, в конце концов может поставить Вашингтон перед непростым вопросом: если следующий крупный кризис разразится в Восточной Азии или Европе, как быстро Америка сможет вернуть свои истощенные ресурсы?
Комментарии
Только зарегистрированные пользователи могут оставлять комментарий