Четыре ключевых требования Ирана к БРИКС

Эксперт по международным отношениям заявил, что БРИКС является наиболее важной доступной платформой для перехода мирового порядка от системы, ориентированной на США и Запад, к многополярному мировому порядку, добавляя, что Иран должен приложить все усилия для максимального использования имеющихся возможностей в рамках БРИКС.

Эксперт по международным отношениям Афифе Абеди в эксклюзивном интервью для ISNA рассказала о том, чего Иран ожидает от предстоящего саммита БРИКС в Индии, о потенциале блока в плане поддержки Тегерана на фоне региональной напряженности и международного давления, а также о ключевых требованиях, которые должен выдвигать Иран.

ISNA: Учитывая предстоящий саммит БРИКС в Индии и особенности региона, в том числе недавние события и усиление политического и экономического давления на Иран, в какой степени эта международная организация может стать эффективным инструментом политической поддержки Ирана и помочь снизить международное давление?

Абеди: БРИКС — это важнейшая платформа для перехода от системы, ориентированной на США и Запад, к многополярному мировому порядку. С этой точки зрения членство Ирана в БРИКС и его присутствие на саммите БРИКС имеют большое политическое значение.

Важность БРИКС обусловлена прежде всего тем, что в этой организации представлена значительная часть мировой экономики и населения, а сам БРИКС позиционирует себя как механизм политической и дипломатической координации между странами Глобального Юга. Для Ирана БРИКС может стать важным инструментом снижения политического и экономического давления. Однако Тегерану не следует рассматривать его как полноценную замену двусторонней и многосторонней дипломатии или другим антисанкционным инициативам. Следует иметь в виду, что БРИКС все еще находится в процессе становления и, учитывая разнообразие входящих в него стран, имеет относительно неоднородную структуру. Тем не менее Иран должен приложить все усилия, чтобы максимально использовать имеющиеся возможности в рамках БРИКС.

ISNA: Учитывая заявление России о важности событий в Иране и Западной Азии для политической повестки БРИКС, а также учитывая различия в интересах и подходах между членами организации, возможно ли выработать общую и практическую позицию в поддержку Ирана?

Абеди: На мой взгляд, выработать общую политическую позицию в противовес агрессии США и Израиля против Ирана возможно. Однако сформировать общую, практическую и обязательную к исполнению позицию будет гораздо сложнее. Тем не менее в рамках БРИКС Ирану следует стремиться к максимальному согласованию своих политических позиций, инициатив в области безопасности и экономики с позициями и инициативами Китая и России. Политическая поддержка и позиция этих двух стран в отношении Ирана имеют большое значение и могут повлиять на практические возможности Ирана по использованию механизмов БРИКС.

ISNA: В какой степени членство Ирана в финансовых механизмах БРИКС, включая Новый банк развития и использование национальных валют, может помочь смягчить последствия санкций?

Абеди: Это, пожалуй, самая важная сфера, в которой у Ирана должны быть практические требования к БРИКС. Сотрудничество БРИКС с Ираном в противодействии санкциям — это серьезное испытание для объединения в реализации целей, которые ставили перед ним его основатели, а именно противодействие односторонним действиям США и снижение доминирования западных институтов в мировой экономике.

В этом контексте Иран стремится стать членом Нового банка развития (НБР). В августе 2026 года управляющий Центральным банком Ирана объявил, что присоединение Ирана к банку состоится в ближайшее время. Членство Ирана в НБР может быть полезным для финансирования инфраструктурных, энергетических, транспортных проектов и проектов в области развития. Кроме того, новые валютные инициативы в области платежей и расчетов, страхования, транспорта, экспортного кредитования и финансирования, которые были запущены или разрабатываются странами БРИКС, станут еще одним серьезным испытанием для этой платформы в текущий переходный период.

Более широкое использование национальных валют, в том числе риала, рупии, юаня и рубля, может помочь снизить зависимость от доллара в торговых операциях. Таким образом, для Ирана вопрос заключается не только в членстве в организации или политическом заявлении. Важно то, в какой степени экономический и финансовый потенциал БРИКС может помочь снизить уязвимость Ирана перед санкциями.

ISNA: Учитывая отношения Индии с Ираном и ее партнерство с США, какую роль может сыграть Индия в поддержке интересов Ирана в качестве принимающей стороны саммита?

Абеди: Индия — важный партнер для Ирана. Однако, учитывая отношения Нью-Дели с США и Израилем, Тегеран не возлагает больших надежд на эти отношения. Это не означает, что Иран отказывается от отношений с Индией или безразличен к ним. Индия также проводит многоуровневую и сбалансированную политику в отношении Ирана и Запада.

Нью-Дели приходится одновременно учитывать три важных фактора: отношения с Ираном, экономические и энергетические интересы, а также стратегическое партнерство с США. Поэтому политика Индии в отношении Ирана во многом определяется принципами баланса и стратегической независимости. На своей недавней встрече премьер-министр Нарендра Моди и президент Масуд Пезешкян подчеркнули важность продолжения сотрудничества в рамках многосторонних организаций, включая БРИКС и Шанхайскую организацию сотрудничества, и отметили важность решения региональных проблем путем диалога и дипломатии.

Таким образом, Индия, скорее всего, попытается сыграть посредническую, стимулирующую и поддерживающую роль в реализации некоторых дипломатических инициатив на предстоящем саммите. Однако ожидать от Нью-Дели, как председателя БРИКС, прямой и недвусмысленной поддержки Ирана, нереалистично.

ISNA: Могут ли недавние региональные события стать поворотным моментом для превращения БРИКС из преимущественно экономического блока в эффективный политический субъект и даже игрока в сфере безопасности на международной арене?

Абеди: Несмотря на роль и лидерство России в этом объединении, БРИКС не смог выйти за рамки политических позиций по украинскому кризису, и в конечном итоге Россия больше полагалась на двусторонние отношения с государствами-членами, чем на возможности БРИКС. Однако БРИКС должен продемонстрировать большую серьезность и операционную эффективность — по крайней мере, в области экономических и финансовых инициатив, направленных на противодействие системе доминирования и западным санкциям.

Последние события, связанные с окружением Ирана и попытками США ограничить экономические отношения Ирана с другими странами, стали серьезным испытанием для БРИКС. Если эта группа не сможет эффективно противостоять интервенционизму и дестабилизирующим действиям США, возникнет серьезный вопрос: сможет ли БРИКС действительно сыграть свою роль в реформировании международного порядка или он просто станет формальным и символическим блоком?

ISNA: Если Иран хочет добиться конкретного и ощутимого результата на саммите в Индии, какое требование должно быть самым важным для Тегерана?

Абеди: В идеале институциональным достижением не только для Ирана, но и для самого БРИКС могла бы стать финансово-экономическая и операционная инициатива по противодействию санкциям. Это означало бы, что вместо очередного политического заявления мы увидим создание практического механизма.

На мой взгляд, Тегеран должен добиваться на саммите в Индии соглашения, включающего как минимум четыре ключевых элемента:

Во-первых, завершение процесса вступления Ирана в Новый банк развития (НБР);

Во-вторых, создание эффективного механизма торговых и финансовых расчетов с использованием национальных валют;

В-третьих, содействие торговому, инвестиционному и экономическому сотрудничеству между Ираном и членами БРИКС;

В-четвертых, создание страховых, кредитных и платежных механизмов для торговли с Ираном, которые будут минимально уязвимы для вторичных санкций.

Одним из потенциальных препятствий для удовлетворения требований Ирана в рамках БРИКС могут стать претензии и требования некоторых государств-членов в отношении Ормузского пролива. Ирану следует продвигать инициативы, которые приблизят их позиции к его собственным, и, по возможности, использовать свой экономический и торговый потенциал, чтобы добиться взаимных уступок в этой области.